Александр Новороссов: Измена себе

26.02.2018 13:51

Вернуться назад Комментировать

А теперь я милой ничего не значу:
Под чужую песню и смеюсь, и плачу!
                              Сергей Есенин.

b5f193ef1f0073155621a3897d8c9826

В разделе «Вместо послесловия» своего глубокого и честного (хотя и не совсем лишённого либерально художественных приукрашиваний) сборника «Книга о русских людях» Алексей Максимович Горький (Пешков), в известной мере (как и многие наши соотечественники, которые пережили в своей личной биографии исторические перепитии конца XIX века и почти всего XX столетия) подвергнутый большевиками (коммунистами) социал-демократическим искажениям присущего им чрезмерно благостного и, вместе с тем, революционно пролетарского интернационализма, писал:

  • «Совершенно чуждый национализма, патриотизма и прочих болезней духовного зрения, всё-таки я вижу русский народ исключительно, фантастически талантливым, своеобразным. Даже дураки в России глупы оригинально – на свой лад, а лентяи – положительно гениальны. Я уверен, что по затейливости, по неожиданности изворотов, так сказать, по фигурности мысли и чувства русский народ - самый благодарный материал для художника. Я думаю, что когда этот удивительный народ отмучается от всего, что изнутри тяготит и путает его, когда он начнёт работать с полным сознанием культурного и, так сказать, религиозного, весь мир связующего значения труда, он будет жить сказачно героической жизнью и многому научит этот, и уставший, и обезумевший от преступлений мир».

picture

Не впадая во всегда вредную идеализацию русского народа и одновременно понимая, что его отнюдь не только «изнутри тяготит и путает», приходится признать общую правоту «буревестника революции», ибо прошедшие с момента написания процитированных его мыслей десятилетия уже вполне достаточно подтвердили их практикой участия России (сначала, в лице великого доперестроичного СССР, а, затем, после либерального лиходействия осатаневших от вседозволенности младореформаторов 90-х годов прошлого века - в облике путински возрождающейся РФ) в прогрессе многоцивилизационного человечества, - практикой как критерием истины, несмотря на её деформацию различными обстоятельствами повсеместно противоречивого бытия.

Тем не менее, вообще говоря, в достаточной мере раскрыть творчески трудовой потенциал многонационального североевразийского суперэтноса в советское время (особенно, в пресловутый застольный/застойный период), главным образом, воспрепятствовала казёнщина, всё более пронизовавшая реальные отношения развитого социализма, который безусловно и всё настоятельнее в 60-е-80-е годы требовал своей разносторонней и действительно освобождающей демократизации, разумеется, не плутократически анархичного (как, увы, получилось на деле в горбачёвско-ельцинское безвременье), а раскрепощающе-созидательного характера. При этом напомним, что в СССР полнейшую и даже чрезмерно жёсткую защищённость внутреннего рынка от зарубежных конкурентов давали две государственные монополии - госмонополия внешней торговли и валютная госмонополия - хотя они, как и всё остальное под луной, не могли быть абсолютными (стопроцентными) вследствие, например, неискоренимо-неизживных в условиях любых товарно-денежных отношений контрабанды и чёрного рынка, в том числе валютного.

2

Если же теперь оставить в покое прошлое и обратиться к настоящему, то надо констатировать, что определяющим препятствием на пути ускорения обновляюще хозяйственного развития России (как системообразующего ядра православно-суннитской цивилизации) и всех стран-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС) выступает либерально бездумная беззащитность внутреннего рынка от товарного импорта (ввоза) из государств дальнего зарубежья, в коих объективно имеется гораздо более благоприятная (нежели в резко континентальной Северной Евразии, включая в неё постсоветские страны и Монголию) природная среда, обеспечивающая меньшие удельные затраты (расходы на единицу продукции), прежде всего, в части утепления и отопления, несомненно гораздо более необходимых в самом холодном североевразийском климате на всей земной суше (естественно, коль скоро не учитывать высокогорную поясность и покрытую льдами Антарктиду). Впервые предметно, наглядно и наиболее системно обосновал это казалось бы простое и очевидное географическое явление природы-матушки ещё в лихие 90-е годы прошлого столетия Андрей Петрович Паршев в своей знаменитой книге «Почему Россия не Америка», сформулировав там соответствующую «горькую теорему», которая по сути сводится к тому, что всё производимое в самом суровом климате Северной Евразии объективно должно быть дороже, чем где-либо ещё на Земле, и которая требует для поддержания конкурентоспособности североевразийских предприятий (по рыночному критерию «затраты-прибыль») адекватного протекционизма – защиты от своих несевероевразийских соперников, выпускающих аналогичные товары в более тёплой климатической обстановке, какая не вызывает столь значительных удельных расходов на утепление и отопление.

Для авторитетного подтверждения сказанного приведём конкретизирующие рассуждения на сей счёт одного из наиболее известных единомышленников А.П. Паршева (как минимум, по рассматриваемому феномену) - многолетнего главного редактора газеты Дуэль Юрия Игнатьевича Мухина. К примеру, во второй главе книги «Россия гниёт с головы. Проклятие власти» он пишет (подчёркнуто повторяя подобные же обоснованные физической географией умозаключения и в ряде других своих книг), в частности:

russia_23

  • «Жить в России нелегко и по географическим, и по климатическим условиям. Короткое, хотя часто и жаркое, лето сменяется длинной и часто холодной зимой. Это требует большого труда на строительство тёплых жилищ, но главное — на их обогрев… За столетия движения на восток Россия почти не приобрела земель более удобных для жизни человека, чем, скажем, Киевская, Харьковская, Рязанская или даже Московская области. Крым, немного земель на юге Средней Азии да немного на Дальнем Востоке. Всё остальное — огромный холодный континент с резко континентальным климатом и с очень суровыми условиями жизни. Если вы посмотрите на карту Канады, не найдёте там сколько-нибудь крупных городов севернее 53-градусной широты. А у нас за этой параллелью не только Ленинград, Москва, Свердловск и Новосибирск, но и Казань, и Рязань, и Тула, и Минск… Северная граница США (без Аляски) проходит по широте намного южнее Киева. Вашингтон построен примерно на одинаковом расстоянии между северной и южной границами США, но и он расположен на такой широте, что Ташкент по сравнению с ним — город северный. Кроме того, и США, и Канада омываются двумя океанами, в этих странах очень мягкий климат. Сейчас у нас показывают много американских фильмов, и можно обратить внимание на стены индивидуальных домов американцев, да и вообще, как эти дома построены. В большинстве случаев они деревянные, но не в нашем понимании — они не из брёвен. Стены — из досок внахлёст. У нас так не каждый хозяин рискнёт построить холодный сарай. Но их климат им это позволяет».

Поэтому, помимо клептоманической прихватизации и всеобщего бардака, важнейшей причиной ужасающего экономического упадка лихих 90-х годов в постсоветских государствах стала так называемая либерализация их внешнехозяйственных связей, на чём вполне заинтересованно настаивали и продолжают настаивать западные советники, практически служащие проводниками экспансии дальнезарубежных фирм на внутренних рынках стран СНГ, - экспансии, какая фактически разрушила тогда почти весь обрабатывающий сектор, созданный ещё в СССР (разве что за исключением белорусской его части, где Александр Григорьевич Лукашенко с 1994 года успешно противодействует разгулу как внутриэкономического, так и внешнехозяйственного либерализма). Следовательно, чтобы сформировать исходные предпосылки для возрождения и ускоренного обновления не одних только топливно-сырьевых отраслей, но и высокотехнологичной сферы ЕАЭС, в первую очередь нужно ввести гибкий и действенный протекционизм в виде установления дифференцированных по товарным группам климатических надбавок к тарифам на импорт из дальнего зарубежья, без коих невозможно поднять конкурентоспособность даже на собственном внутреннем рынке североевразийских производителей продукции с высокой добавленной стоимостью, тем более, что такие надбавки обеспечат поступление в госбюджет дополнительных средств, могущих быть целенаправленно задействованными на поддержку приоритетных областей государственно-частного партнёрства.

По нашему убеждению, Всемирная торговая организация (ВТО), если учитывать суровую климатическую среду Северной Евразии, объективно не вправе (ввиду природно обусловленных обстоятельств необходимости дополнительной таможенной защиты её предприятий) выступать против указанных надбавок, хотя будет это делать, скорее всего, поскольку ВТО отстаивает интересы главным образом западного бизнеса, о чём недвусмысленно свидетельствует отсутствие какой-либо внятно фритредерской реакции ВТО на антироссийские санкции Запада, невзирая на их явный антагонизм как с уставом ООН, так и с нормами самой ВТО (не говоря уже о молчании последней относительно недавних односторонних повышений США импортных пошлин на сталь и алюминий, а также на китайские стиральные машины и солнечные батареи - в контексте откровенно протекционистского курса Д. Трампа). Разумеется, для защиты рынка ЕАЭС от товарного импорта из дальнего зарубежья надо умело использовать и нетарифные барьеры: квоты на ввоз, санитарные нормы, технические регламенты, таможенные процедуры и т.д., и т.п., и др., и пр. (по меньше обращая внимания на ныне полудохлую ВТО); причём, формально выходить из ВТО по собственной инициативе вряд ли целесообразно, оставляя за собой возможность неуклонного проведения твёрдой протекционистской линии и своё участие в названной организации в качестве площадки для многосторонних контактов по вопросам регулирования всемирной торговли.

Как нам представляется, в пользу изложенного выше подхода к насущной неотвратимости (жизнеутверждающей неизбежности) введения дополнительных протекционистских мер по внешнеторговой защите производителей ЕАЭС свидетельствуют и события последних лет на территории Северной Евразии, т.е. как положительный (прямо), так и отрицательный (обратно – так сказать, от противного) опыт её крупнейших стран (по их народонаселению). С одной стороны, ответно-правомерные российские контрсанкции на неправовые антироссийские ограничения (санкции) Запада наглядно и неоспоримо показали не только геополитическую бесперспективность и взаимную убыточность последних (к примеру, подтверждаясь стомиллиардными потерями бизнеса ЕС в евро), но также выгодность для производителей РФ подобного (контрсанкционного) протекционизма, неопровержимо ставшего мощным толчком к импортозамещению, особенно в её сельском хозяйстве. С другой стороны, однобоко «фритредерское» втягивание Украины в её неоколониальную евроассоциацию ещё раз бесспорно доказало смертоносную пагубность снятия евронезалежной ранее существовавших тарифных и нетарифных барьеров на пути захвата её внутреннего рынка евросоюзными фирмачами, ибо такой недотёпно односторонний внешнеторговый либерализм еврохунты просто в одночасье убил украинский обрабатывающий сектор с его доходами и рабочими местами, тем более, что ЕС (как всегда, лицемерно-коварно снимая тарифные пошлины на евронезаможный экспорт), параллельно ввёл жесточайше минимизированные годовые квоты на поставки к себе продукции из Украины, которые исчерпываются за несколько месяцев и даже недель.

Кстати, когда Новороссия и Малороссия будут антифашистами-партизанами освобождены от национал-бандитской оккупации проамериканских западенцев, тогда они не станут нуждаться в большой помощи со стороны государств-участников ЕАЭС (возможно, за исключением их военно-технической поддержки), чего демагогически опасаются отдельные представители либерастов. Дело в том, что Новороссия и Малороссия занимают юго-западную окраину громадных просторов Северной Евразии, - окраину, которая характеризуется одними из самых благоприятных природных условий (в смысле её менее резко континентального климата) в рамках всей более холодной гигантской североевразийской территории, естественно дающих конкурентные преимущества размещённым в Новороссии и Малороссии производствам в части сравнительно меньших удельных затрат на утепление и отопление; а, значит, для предприятий Новороссии и Малороссии вполне достаточно получить безбарьерный доступ к источникам ресурсов и к рынкам сбыта ЕАЭС, чтобы успешно и прибыльно развиваться, обеспечивая местное весьма предприимчивое и даже традиционно жуликоватое население эффективными рабочими местами и приемлимыми доходами, воспроизводящими нужные налоговые поступления в здешние госбюджеты. Таким образом, для контрбандеровских Новороссии и Малороссии вполне хватит простого вхождения в таможенное пространство ЕАЭС, чтобы достигать ускоренного хозяйственного роста даже в условиях вероятного непризнания империалистическим Западом их будущей противофашистской государственности. В заключении (для тех, кто нуждается в художественном обосновании изложенного выше) нам остаётся привести одну строфу стихотворения Алексея Жемчужникова, какое поэтически фиксирует суровость отечественного климата и какое стало песней, «почему-то» русофобски воспринимаемой «российскими» либералами всех мастей, склонных к предательству своей милой родины:


     Я ту знаю страну, где уж солнце без силы,
     Где уж савана ждёт, холодея, земля
     И где в голых лесах воет ветер унылый, -
     То родимый мой край, то отчизна моя.

Социальные комментарии Cackle