Александр Новороссов: Самогибель украинства 1

14.10.2018 18:54

Вернуться назад Комментировать

Україну нашу втілили в парашу.
                         Знущально висунуте виборцями ключове передвиборче гасло Порошенко.

image-5

В ряде номеров своего нового «Бэкграунда» (см., например: выпуски 222, 230-232, 234-237 и 239) Юрий Борисович Селиванов не только справедливо констатирует русофобски нацистский и проамерикански евромарионеточный характер нынешней киевской хунты, но также весьма доказательно обосновывает различные аспекты неизбежного крушения самого украинского проекта. Чтобы усилить и расширить осознание неминуемости самокраха украинства (как такового), по нашему убеждению, необходимо хотя бы вкратце остановиться на истории возникновения и этапах воплощения данного недолговечного феномена юго-западной окраины североевразийской цивилизации – православно-суннитского суперэтноса – русского мира – российской культуры. Именно к этому сжатому описанию истории украинства, неотвратимо ведущей ныне к его самоумерщвлению, как раз и сводится следующее ниже содержание настоящей заметки.

Начнём с общей констатации того, что широкое земледельческое освоение равнин и возвышенностей Восточной Европы (если не учитывать аграрную деятельность древнегреческих колоний Крыма и Северного Причерноморья, а также очаговую обработку земель в речных долинах) стартовало в лесной зоне с заселения её славянами, принёсшими сюда в первом тысячелетии нашей эры подсечно-огневую культуру с использованием сохи, которая обеспечивала приемлемое взрыхление сравнительно мягкой лесной почвы. В то же время, степная зона Восточной Европы оставалась естественным месторазвитием кочевого скотоводства исторически сменявших друг друга племён (прежде всего - киммерийцев, скифов, сарматов, аланов, гуннов, тюрко-хазар, аваров, венгров, печенегов, половцев, татар, монголов, ногайцев, калмыков) вплоть до необоримого наступления земледельческого «леса» на данную часть Великой степи, - наступления, постепенно и всё более масштабно развернувшегося (начиная примерно с конца XV века) на базе применения тяжёлого плуга, какой только и способен вспахивать степную целину. Но до этого, между скотоводчески кочевой «степью» и земледельчески оседлым «лесом» наблюдалось преимущественно равновесное (то сотруднически мирное, то конфликтно военное) сосуществование (по крайней мере, до тех пор, пока сюда из азиатской части Великой степи на основе подавляющего коннострелкового превосходства не вторглись монголы и не покорили с 1237 года разъединённые княжеской междоусобицей уделы Киевской Руси, обложив их регулярной данью приблизительно на полтора столетия, чему положило конец государственное укрепление уже Московской Руси при Иване III и его потомках).

Возвращаясь к непосредственно интересующему тут нас вопросу, надо указать на то, что в период упомянутого равновесного сосуществования скотоводчески кочевой «степи» и земледельчески оседлого «леса» (понятно, что тогда в жизнедеятельности обоих весьма заметную роль играли такие присваивающе-производящие отрасли, как охота и рыболовство) на их границе, т.е. в лесостепном Поднепровье, поселились торки (берендеи, чёрные клобуки), которые часто выступали союзниками князей Киевской Руси в их противоборстве с половцами, а также участвовали в княжеских междоусобных столкновениях, например, за «киевский стол». Параллельно происходила ассимиляция подданых рюриковичам славян с торками и принятие последними православия. По правомерному мнению великого русского историка Сергея Михайловича Соловьёва и советского основоположника этнологии Льва Николаевича Гумилёва, именно смешение лесостепных торков Поднепровья с местными коренными славянами позднее сформировало малороссов или черкасов (в рамках литовского княжества), когда развитие Московской Руси одновременно породило великороссию.

Впрочем, в эпоху неостановимого наступления земледельчески оседлого «леса» на скотоводчески кочевую «степь» (разумеется, военно-технически подкреплённого огнестрельным превосходством ремесленно более сильных оседлых народов) в Московской Руси появился термин «украйны», обозначавший все те земли, которые удалось уже отвоевать у кочевников и которые постепенно всё время смещались на юг, юго-восток и юго-запад по мере продвижения московитов, делая указанный термин территориально размытым и этнически невыделяемым (неопределённым в плане отсутствия обособления тамошнего населения от всего народа Московской Руси, конечно, не беря во внимание субэтнические образования астраханского, донского, кубанского, терского и яицкого казачеств). Другое дело - в Польше, какая захватила (в союзе с Литвой по мере ослабления Золотой орды и постзолотоордынских татарских ханств ещё в XIV-XVI веках) малороссийские (черкасские) земли с их православным населением и, содействуя своей военной силой его земледельческому продвижению в степную зону правобережья и левобережья Днепра, обозначала весь малороссийски заселённый регион тем же термином «украина», что в конечном счёте привело к подспудной замене в польско-литовской среде этнонимов «малороссы» и «черкасы» на новоязный тогда этноним «українці”.

karta-starykh-zemel-s-porosyem-1024x629

Причём, великороссы предпочитали вплоть до XIX столетия именовать жителей Среднего Поднепровья “малороссами” (“черкасами”), интуитивно фиксируя этим свою цивилизационную общность с ними, в то время как поляки и литовцы стремились их обозначать как раз «українцями”, дабы этнонимично содействовать наибольшему отрыву последних от быстро образовывавшегося и расширявшегося именно в XVI-XVII века (в том числе за счёт продвижения за Урал) североевразийского суперэтноса, несмотря на роднившее их православие, против коего поляки развязали католическую и униатскую агрессию, не в последнюю очередь приведшую (наряду с ущемлением непомерно буйной польской шляхтой интересов козацької старшини) к кровопролитному козацькому та селянському повстанню на чолі з Богданом Хмельницьким, называвшим свой народ «руським» - в смысле православным. Между прочим, отнюдь не случайно государственные органы в великороссии, непосредственно курировавшие добровольно присоединившиеся (по судьбоносному решению Переяславской Рады 1654 года) и долго самоуправлявшиеся юго-западные земли, недвусмысленно получали цивилизационно объединяющее звучание: в Московской Руси – Малороссийский приказ, а в Российской империи – Малороссийская коллегия.

marko_1

Однако, особенно с XIX века и в Российской империи (в первую очередь - среди самого малороссийского населения, главным образом, в слоях его интеллигенции и дворянства) стремительно распространялся этноним «українці”, тем более, что в составе местных земельных магнатов чуть ли не ведущую роль играли поляки. Подобная этнонимичная тенденция объясняется тем, на наш взгляд, что в указанном столетии в России существенно усилилось безоглядное западопоклонство на почве известных успехов индустриального развития Западной Европы и Северной Америки; а одновременно колониально озабоченные западные страны (в частности, объединённая во главе с железным канцлером Отто Бисмарком Германия и даже дряхлеющая Австро-Венгрия) претендовали на российские богатства, всячески поощряя сепаратистские движения, в том числе и в Малороссии через разнообразное содействие местечковым националистам.

Чтобы не быть голословными, приведём здесь соответствующие рассуждения Отто Бисмарка, хотя он неоднократно и предостерегал Запад от неосмотрительно чрезмерной агрессии относительно Российской империи. Так, железный канцлер коварно утверждал: «Могущество России может быть подорвано только отделением от неё Украины… необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть всё русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Всё остальное — дело времени». И данный дьявольский план был запущен с участием многих западных любителей поживиться за чужой счёт и с привлечением постоянно растущей массы как малороссийских, так и великороссийских дурней, в частности, весьма образованных, включая в их ряды разнонаправленных социал-демократов, в том числе и большевиков.

4d2260332_8874173


Более того, после февральского переворота 1917 года в расцвет украинства решающий вклад внесли не столько националистически окрашенные центральнорадовские (а позднее - скоропадские и петлюровские) украинизаторы-самостійники, сколько именно интернационалисты большевики, изначально называвшие Российскую империю “тюрьмой народов”, надрывно клеймившие позором во многом выдуманный великорусский шовинизм и ратовавшие за самоопределение наций вплоть до отделения ещё до Великой Октябрьской Социалистической Революции. Хуже этого, после победы в гражданской войне В.И. Ленин и его соратники не просто решительно отстояли создание СССР в 1922 году на базе конституционного утверждения подрывного (как мина замедленного действия) принципа самоопределения наций вплоть до их отделения, но также при установлении границ УССР волюнтаристски прирезали к преимущественно крестьянской тогда Малороссии ещё и огромные просторы Новороссии, где проживало более индустриально пролетарское и довольно многонациональное население, совсем не ощущавшее себя украинским. Далее, по итогам советско-германского Пакта о ненападении 1939 года, И.В. Сталин присоединил в 1939-1940 годах к УССР в известных частях Бессарабию, Буковину, Волынь, Галицию и Закарпатье, усилив в ней националистические настроения за счёт западенцев; а в связи с трёхсотлетием Переяславской Рады в 1954 году Н.С. Хрущёв (вопреки процедуре, прямо зафиксированной в советской конституции) вопиюще самодурно подарил Украине Крым, даже не спрося мнения жителей последнего, как и депутатов Верховного Совета СССР.

Таким образом, укронацисты (если бы они не были тупейшими вандалами) должны были бы не сносить памятники упомянутым комунякам и не менять в рамках пресловутой декоммунизации советские названия населённых пунктов, их улиц и площадей, а, наоборот, прославлять ведущих деятелей СССР за их несомненно определяющий вклад в становление украинской государственности, устойчиво возникшей и развившейся именно в виде УССР. Кроме того, в благотворном русле непременной и всесторонней поддержки совершенствованию национальных культур всех народов Советского Союза, тем не менее, коммунисты параллельно способствовали таким путём подспудному становлению национализма этих многочисленных этносов, в частности, сыграли несравненно бОльшую роль, нежели бандеровцы, в украинизации в аспекте семидесятилетнего насаждения українскої мови, особенно, в сферах образования, книгоиздательства, периодической печати, радиовещания и телевидения; дело доходило до того, что подобного рода украинизацию осмеливались молчаливо срывать, операясь на общественное неприятие, компартийные кадры, в первую очередь, сколько-нибудь крупных городов не только Новороссии, но и Малороссии. Не следует забывать и того, что компартийная национал-номенклатура, в том числе украинская своим сепаратистским предательством внесла не меньший вклад в развал СССР, чем разношёрстные либерасты, теневики и националисты.

Продолжение следует

Социальные комментарии Cackle