Про УПА. Часть 3

17.10.2014 02:25

Вернуться назад Комментировать

 

Впрочем, участники совещания недвусмысленно высказывались о том, что речь шла лишь о мероприятиях временного характера, которые сразу же после окончания войны могли быть подвергнуты любой ревизии40.

Но, необходимо отметить, что попытки оккупантов замаскировать свой преступный режим терпели повсюду провал.

Так, бывший петлюровский министр Огиенко, возвратившийся на Украину после ее оккупации, жаловался в одном из писем, что население не оказывает ни малейшего почтения ему и ему подобным, а наоборот, называет их фашистами, шпионами и сообщниками Гитлера. (См. История Великой Отечественной войны, т. 3, с. 435..)41

О том, что важные решения по украинским националистам принимались не националистами, а Розенбергом и гестапо, отмечают и бандеровской историки. В книге "В мундирах врага" Т. Гунчак пишет, вспоминая историю УНК, что "Архитектором развала Советского Союза" был Альфред Розенберг - глава министерства Восточных территорий. Относительно образования отдельного "национального" комитета "украинцев", то инициативу его образования возглавил штандартенфюрер (полковник) войск СС Фриц Альт, так называемый "начальник руководящей инстанции восточных добровольцев" (т.е. эсэсовцев типа галичских дивизионников). Гунчак продолжает: "Прежде всего, Арльт занялся украинским вопросом и назначил оберштурмбанфюрера (подполковника) Людвига Вольфа начальником украинского комитета. Тогда же немецкая разведка начала новую политику относительно Украинской повстанческой армии, имея надежду на поддержку украинского национального движения, как последнюю попытку мобилизовать восточноевропейские народы к борьбе с большевиками…»42

8.7 Организационный этап операции –УВА-УПА. Начало операции

по формированию бандеровских бандформирований

После проведения политическоих мероприятий прикрытия своего плана, которое завершилось совещанием у Розенберга, Гиммлер, опираясь теперь уже на мнение военных, предпринимает шаги по реализации плана создания вооруженных отрядов из сторонников ОУН (б), основной задачей которых будет борьба с партизанами.

В это время в лесах Волыни бандеровцев было мало, все они в основном служили в полиции, но как показывают дальнейшие события, уже формировать военные команды.

Этому способствовала политика оккупантов и проводимые гестапо аресты оуновцев, вследствие чего верные «союзники» Германии начали уходить в леса, и стихийно объединяться в военные команды.

В свою очередь, агент гестапо и Абвера, руководитель ОУН-Б М. Лебидь (“Максим Рубан”), прилагал отчаянные усилия по предотвращению военных стычек оуновцев с немцами, выдвигая тезис о недопустимости превращения партизанского движения в атаманщину, что приведет, по его мнению, к быстрой его ликвидации нацистами.

Поэтому только в августе- октябре 1942 года появляются первые малочисленные военные группы ОУН(Б), возглавляемые военным референтом ОУН-Б в Ровенской области С. Качинским (“Остап”) и Г. Перегийняком (“Коробка”), которые не попадают в поле зрения гестапо.

Координатором военной деятельности в регионе стал военный референт ОУН-Б на Северо-Западных украинских землях В. Ивахив (“Сом”, “Сонар”), а общее руководство осуществлял региональный лидер Организации Д. Клячкивский (“Ефрем”, “Кошиль”, “Старый”, “Клим Савур”). Отряды насчитывали не более 200 человек, которые были разбросаны по территории Волыни. Т.е. по пять шесть человек в селах.

После того как затея с Боровцом потерпела неудачу, Гиммлеру надо было поставить у руководства антипартизанских отрядов проверенных людей из заслуженных и проверенных гестапо и абвером националистических кадров. А такими кадрами могли быть только каратели, которые находились на службе в гестапо и уже не могли перейти на советскую сторону.

В это время деятельность абвера ограничивалась разведкой в тылу советской армии и работой контрразведки территориальных абверштале. Это не зачит, что все контакты с бандеровцами были прерваны. Все это время многие оуновцы работали на контрразведку абвера. Для работы в зоне ответственности вермахта штабу Баун службы Абвер/заграница подчинялся специальный штаб R,(Россия) который занимался исключительно выявлением партизан в тыловых районах армий на Востоке. Но, как видно из документов, ни офицеры Абвера, ни многие чины из гестапо на местах, не были посвящены в замысел и детали операции Гиммлера.

Характер взаимоотношений гестапо и Абвера ярко отразился в переписке Абвера в эпизоде переговоров с Боровцом, в которой абверовцы сообщают гестапо о переговорах с Т. Бульбой (Боровцом). После создания гестапо УВА, бандеровцы начали войну против Боровца, и он решил предложить свои услуги другому ведомству-вермахту. Гестапо занималось уже УПА и предложения Абвера по использованию Бульбы против партизан были уже не актуальны:

«11 июня 1943г.

Walli III

D 3440/43 g

11.06.1943 г.

К вопросу о движении “Тарас Бульба”

По сообщению одного надежного доверенного лица, руководитель движения “Тарас Бульба” готов к переговорам с немецким вермахтом, если тот со своей стороны заинтересован во включении движения [к борьбе] и имеет соответствующие полномочия. (Эту информацию доверенное лицо, которое прибыло из лагеря движения “Тарас Бульба” непосредственно от его руководителя Боровца, передало доверенному лицу от Валли III).

Б [ульба] отказывается от любых переговоров с органами гражданского управления и исполнительной власти. Характерным для этого есть переписка Б[ульбы] с руководителем службы безопасности Волыни и Подолья, копии которого придаются. (Копии оригиналов были переданы V-манну вышеупомянутым V-лицом (агентом) с согласия Б [ульбы]).

Стоит вопрос, использует ли вермахт эту возможность?

(Б [ульба] предложил доставить 22.06.43 г. в свой лагерь офицера немецкой информации [разведки] в сопровождении вышеупомянутого V-манна. Он обязуется взять на себя ответственность за безопасность офицера и лиц, которые его сопровождают, от определенных территориальных границ).

По имеющимся сведениям, которые, конечно, опираются только на свидетельство V-манна и должны отныне объективно проверяться, возможными есть следующие положительные варианты:

1. Умиротворение определенной отведенной территории силами движения Бульбы при условии, что Б[ульбе] будет разрешена широкая самостоятельность под контролем вермахта.

2. Участие значительных украинских сил движения Бульбы для борьбы против советских банд.

3. Привлечение пропаганды Бульбы для вербовки в восточные военные части.

(Следует бы учесть опасность, что признание определенной независимости создало бы одновременно прецедент для сдачи Украины, и Б[ульба] стал бы как бесспорный фактор силы...).

В случае отклонения предложения о переговорах надо правдоподобно считаться со следующим развитием событий:

1. Резкое усиление уже самого по себе значительного движения вне любого контроля немцев.

2. Усиление борьбы с немецкими органами безопасности.

3. Переход движения Бульба к активным военным действиям против вермахта, т.е. в обычный бандитизм.

4. Рост концентрации украинских сил сопротивления умеренного направления в сторону Бульбы.

5. Объединение с более экстремально настроенными элементами бандеровского движения, отношение к которым на этот момент есть еще резко отрицательным.

6. Активизация усилий советской стороны в сторону Бульбы и ослабление его активной враждебности к советским бандам43 ».

Следующий документ датирован ноябрем 1943 г., т.е. когда бандеровское УПА уже разгромило основные отряды Боровца и тот, спасаясь от них, в надежде на помощь гитлеровцев, сам пришел в Абвер.

Вначале офицеры Абвера проводили свою работу с Бульбой «без СД, которая, несмотря на многочисленные запросы, не была проинформирована о намерениях специального штаба R, во избежание возможного вмешательства»:

«22 ноября 1943 г.

Секретно

VO Ausl/Ic

F.H.Qu.,22.11.43p.

Касается: украинский предводитель банд Тарас Бульба.

Штабу Баун (Валли-1) службы Абвер/заграница (Управление Абвер-заграница при штабе верховного командования вооруженных сил Германии ОКВ)) подчиняется специальный штаб R (Россия), который занимается исключительно выявлением банд в тыловых районах армий на Востоке.

Этот специальный штаб поддерживает связь с проводником украинских националистических банд Тарасом Бульбой. Эта связь частично служит выявлению банд, а особенно ставит задачу побуждать Тараса Бульбу к прекращению его деятельности против нас. Все эти работы проводились без СД, которая, несмотря на многочисленные запросы, не была проинформирована о намерениях специального штаба R, во избежание возможного вмешательства.

Усилиями специального штаба R удалось привести Тараса Бульбу на переговоры в Ровно, куда он прибыл 19 ноября. Поскольку переговоры, которые нужно было провести, имели, прежде всего, политический характер, то Тараса Бульбу передали службе безопасности (СД) и отправили в Варшаву, куда он прибыл сегодня, 22 ноября.

Служба безопасности, которая работает независимо от рейхскомиссара Украины (Коха), еще сегодня будет испрашивать у рейхсфюрера СС указания относительно дальнейшего обращения с Тарасом Бульбой.

Абвер пока что остается в этом деле, поскольку СД готова передать ему Тараса Бульбу после отладки политических переговоров.

Это дело обсуждено мной с шефом отделения “Чужие армии на Востоке”, который просит оставить состояние дел без перемен, поскольку он дает более всего обещаний относительно дальнейшей разведки банд, особенно вследствие хорошего сотрудничества СД и абвера, которое было до сих пор в этой области. Он считает, что недостаточно многочисленные украинские националистические банды прекратят свою деятельность также и вследствие опасности, которая угрожает им от россиян, через это в скором времени можно будет ожидать ослабление угрозы нашим тыловым связям.

Подпись

Распределитель:

Steler. Chef WEST

Op. (H) Ic»44 .

Как видно из заключительной части донесения, абверовцы, как только речь подопечных заходила о политических требованиях, тут же передавали такого политика в СД. Сотрудники Абвера строго придерживались договоренностей Канариса и Гейдриха о разделении сфер деятельности их ведомств на политическую и военную.

В то же время, несмотря на то, что СД и абвер хорошо сотрудничали между собой, каждый старался не раскрывать друг перед другом свои секреты.

Что касается Лебидя, то высшее руководство гестапо, конечно, знало о его работе и других оуновцев на Абвер. А чтобы Лебидь был под контролем, его жена находилась в концлагере Равенсбрюк под личным контролем Мюллера.

8.8 ПРИВЛЕЧЕНИЕ ОУН-Б К СОЗДАНИЮ УВА

Рядовые бандеровцы и им сочувствующие были деморализованы политикой немцев и неопределенной позицией своего руководства. Возникали дискуссии о тактике ОУН-б в создавшихся условиях. К тому же многие бандеровцы вернулись с большой Украины с новыми впечатлениями. В исследовании П. Потичного, сфера научных интересов которого политические настроения украинского подполья, отмечается, что конец 1942 – начало 1943 гг. стал периодом интенсивных политических дисскусий в националистической среде. Целый ряд бандеровских публицистов призывал к ревизии существующих программных положений организации (О. Бродовый, Я. Бусел, Ю. Херсонец, М. Прокоп). Почти все исследователи единодушны в том, что главную роль в этом процессе играли восточные украинцы, которые влились в ряды ОУН. Эти настроения выливались в антинемецкие листовки и изучение опыта партизанской борьбы, что нашло отражение в отчетах гестапо и СД. Недовольство своих подчиненных почувствовали руководители организаций ОУН на Волыни. Галичане-германофилы додуматься до вооруженной борьбы с немцами были не способны по определению, в Галиции все было тихо. Участники тех событий М. Прокоп и Е. Стахив признают, что бандровская концепция монопартийности и отсутствие четкой социально – экономической программы, на что обращал внимание еще Розенберг в 1938 г., не выдержала встречи с Востоком.

И в начале ноября 1942 года Лебедь, по настоянию своих кураторов, вынужден был собрать встречу руководителей бандеровской ОУН. На заседании Провода с информацией о ситуации на территории Центральной и Восточной Украины выступили руководители националистического подполья из тех регионов, которые требовали развертывания активных антинемецких действий в связи с чрезвычайным нацистским террором и ненавистью населения к гитлеровцам.

И снова, как всегда, перед мероприятиями такого рода, в ноябре 1942 года, во Львов к Бизанцу, из Белоруссии, прибывает Шухевич с очередным донесением. Он встречается с женой и говорит, что приехал в отпуск. Но Бизанц, который с ним встречался, утверждает другое. На встрече с Бизанцем Шухевич рассказывает, что 201 -й батальон ведет частые карательные операции не только против белорусских партизан, но против гражданского населения. И в батальоне есть дезертиры.

Но, как известно из писем шуцманов и воспоминаний Побигущего, никаких дезертиров в батальоне не было. А были психические депрессии из- за потерь. Следовательно, Бизанц снова выгораживает себя, как резидента абвера, и вывод может быть тот, что Шухевич прибыл на доклад или инструктаж к своему резиденту, чтобы получить новые указания.

На конференции ничего не определилось, и было решено собрать уже военную конференцию в конце месяца.

В это же время гестапо выяснило, что Боровец также озабочен политикой и Украиной, защищает бандеровцев. Поэтому Гиммлер решил не сбрасывать со счетов для борьбы с партизанами проверенных людей из числа бандеровцев.

Но, перед принятием такого решения, судя по проведению повторной ноябрьской конференции 1942 г., Лебедю было дано указание прозондировать настроения и реальные возможности волынских националистов по созданию вооруженных отрядов, но не сказали ему с какой целью. Поэтому Лебедь, чтобы иметь повод выполнить задание, собирает второе совещание в Львове в конце ноября 1942 г. И это в то время, когда на всей оккупированной территории продолжались аресты оуновцев. Т.е. гестапо дало возможность руководству собраться и провести второе совещание, в виде военной конференции ОУН-Б. Фактически последнее собрание было следствием первого.

В Львове на военной конференции провода ОУН-Б, которая продолжалась до начала декабря 1942 г., агенты Абвера разыграли дискуссию по вопросу в целесообразности вооруженной борьбы с немцами. Конференция высказала противоречивые мнения относительно тактики и стратегии работы в условиях оккупации. Назначенец и агент Абвера, "урядуючий" проводник, Н. Лебедь, конечно, был противником немедленного выступления против «своей» оккупационной власти, но признал необходимость начать создавать собственные вооруженные силы. Он под всякими предлогами всячески оттягивал вопрос вооруженного выступления, но представлял это так, что он еще не имел ясного ответа на главные вопросы: когда и с кем воевать, то ли с партизанами, то ли с немцами, и при каких условиях?

Конференция приняла нужные фашистам постановления. В постановлении конференции отмечалось, что немецко-советскую войну "надо использовать для широкой работы по созданию вооруженных сил ОУН". Подчеркивалось, что "члены ОУН должны занять командные должности в будущих военных соединениях".

Но в итоговом документе враг уже был определен, и подчеркивалось, что «все боеспособное население должно стать под знамена ОУН для борьбы против смертельного большевистского врага». В целом тезис «любая наша вооруженная акция против немцев была бы помощью Сталину», отражал основную направленность действий ОУН-Б в 1942 г. и отвечала стратегическим интересам гитлеровцев.

Как видно из этих решений, о вооруженном сопротивлении оккупантам речь не идет. Лебедь и агенты нацистов четко выполняли инструкции гестапо. Из сообщения Полиции безопасности и Службы безопасности (СД) Германии об арестах оуновских функционеров, убийстве членом ОУН -Б функционера гестапо:

«Шеф полиции безопасности и СД Берлин, 27 ноября 1942 г.

- Штаб команд - Секретно!

Сообщение из оккупированных территорий Востока № 31

(...)

Украинское движение сопротивления

В оперативной зоне начальника полиции безопасности и СД Житомир были выявлены листовки вражеского к Германии содержания, изготовленные печатным способом.

Расследованиями, проведенными в Львове, удалось сначала осуществить арест трех украинских студентов, которых следует рассматривать как функционеров группы Бандеры. Они занимали в одном из львовских домов, которые принадлежит местной кафедре, квартиру. В этой квартире были найденные многочисленные, подготовленные к отправке подпольные печатные материалы.

На чердаке этого же дома были выявленные два аппарата для копирования.

В дальнейшем ходе расследования удалось установить, что печатная и гравировальная мастерская, в которой изготовлялись фальшивые пропуска, поддельные документы, печати и т.д., также находилась в Львове.

Тем временем удалось арестовать заместителя организационного отдела главного центра в Львове Владимира Лобая, родившегося 21.10.11 г. в Львове. Лобай был одновременно руководителем всей курьерской службы. Его основным занятием была работа для группы Бандеры, ни одной другой профессиональной деятельности он не выполнял. В его квартире, которая одновременно служила явкой, была организована засада, которая дала возможность арестовать еще 6-х лиц, среди которых украинский полицейский - курьер из-за границы.

Согласно допросам местом пребывания главного центра (Провода) группы есть Львов. Ему подчинены краевые проводы. Существуют краевые проводы для Восточной Украины в Киеве, для Западной Украины в Львове, для Волыни и Полесья в Ровно или Луцке, для Венгрии и Румынии в Черновцах или Одессе, для территории немецкого Рейха в Берлине. Был захвачен большой материал с адресами».45

К началу декабря 1942 года нацисты почти полностью уничтожили подпольную сеть ОУН на территории Рейха. А так как переговоры с Бульбой продолжались, то после проведения конференции, гестапо арестовывает его участников, как выполнивших свою часть работы. Уже четвертого декабря в Львове после проведения военной конференции Лебедем, были арестованы три проводника ОУН(Б) – Я. Старух (“'Дитяг”), И. Клымив (“Легенда”), Д. Грицай (“Перебийнис”). Параллельно с арестами оуновских подпольщиков, гестаповцы провели в Львове чистку рядов украинской полиции, где было “много приверженцев Бандеры”, а также продолжили аресты оуновцев в Германии.

Необходимо отметить, что из всех троих арестованных, только военного «министера» И. Клымива-Легенду гестаповцы ликвидировали, хотя он ни в чем предосудительном замечен не был. Наоборот, всячески старался в своих листовках и приказах погасить военный энтузиазм оуновцев. А наибольшее раздражение у них вызывали листовки Старуха. Но Старуху и Грицаю гестапо организовало побег из тюрьмы в Львове в 1943 г., представив это, как успешную операцию СБ ОУН.

Последующее продвижение Шухевича по служебной лестнице ОУН-б, показало, что ликвидацией Клымива гестапо расчищало путь своему проверенному карателю к руководящему посту. Ведь оснований для смены ветерана военных отрядов в самой ОУН не было. Это отмечается и в материалах “Encyclopedia of Ukraine” (Vol. 2. P.566-567): «Иван Климив (псевдо Легенда) был арестован гестапо в декабре 1942 г. и убит в гестапо. Именно поэтому на политическую арену украинского подполья вышел Р. Шухевич».

В конце декабря гестапо арестовало еще 25 бандеровцев в Ватештедте, Готе и Брауншвейге, 5 – в Франкфурте-на-Майне и 5 – в Праге. Из донесений гитлеровских спецслужб также вытекает, что на протяжении ноября-декабря 1942 года аресты руководителей бандеровского подполья были осуществлены также в Киеве и Ровно (док. № 62 ОУН в 1941 г.).

Гестапо после ликвидации Клымива, переходит к поэтапному движению Шухевича на пост командующего будущей УВА.

О том, что бандеровская оуновцы работали под контролем немецких спецслужб, которые и руководили их операциями, подтверждается абверовцами. На допросе Штольц сообщил следующее: «Связь между фашистами и националистами возлагалась на абверкоманду 202. По личному приказу Гиммлера «главнокомандующим» УПА был назначен Роман Шухевич». (уголовное дело Штольце Эрвина - полковника, зам. начальника отдела Абвер - 2). Эти свидетельства датированы 29 мая 1945 года.

Абверовец Э. Штольце свидетельствовал на суде, что абвер также привлекали для работы с националистами и УПА:

Вопрос: В какой мере использовались украинские националисты в борьбе против партизанского движения, подполья компартии на оккупированной немцами Украине и каким было управление в этом отдела абвера?»

Штольце: «Отдел Абвера активно использовал украинских националистов на протяжении всей войны с Советским Союзом

Из числа украинских националистов формировались отряды для борьбы против советских партизан, полицией вербовалась агентура из числа украинских националистов для заброски за линию фронта с целью диверсий, террора, разведки и т.д. Однако подробностей всей этой работы я не знаю, потому что этим непосредственно занимались авберкоманды, абвергруппы, абвершталле, специально в округах оккупированной территории. Во время отхода немецких войск с Украины по линии абвера лично Канарисом были даны указания по созданию националистического подполья (банд) для продолжения борьбы против Советской власти на Украине, проведения террора, диверсий, разведки, специально для управления националистическим движением оставались официальные работники- офицеры и агентура.

Были даны указания о создании складов оружия, продовольствия и т.п. Для связи с бандами агентура направлялась через линию фронта, а также выбрасывалась на парашютах. Боеприпасы и оружие сбрасывалась бандам на парашютах»... Но Штольце здесь упоминает только тот период, когда Абвер подключился к работе с ОУН-б к операции в 1943 году.

Но Шухевич без своих подельников из 201 батальона мало что мог сделать. Поэтому выполнение первой части плана- набор командных кадров из карателей, гестапо провело по двум направлениям. Первое, это через Лебедя, который должен озвучить новый политический курс бандеровцев, и по каналам структуры СС, через Бах – Залеского, который должен был обеспечить перевод личного состава 201 батальона в лес.

Начало операции можно проследить по воспоминаниям агента Абвера и гестапо самого Лебедя, который после после совещания у Розенберга, проведения конференции и ликвидации Клымива гестапо, издает приказ о формировании боевых отрядов бандеровцев. "...В декабре 1942 года провод Организации (т.е. ОУН - бандеровцев) издает приказ краевому проводу Волыни реорганизовать уже существующие мелкие вооруженные отделы и организовать широкую спланированную вооруженную самозащитную борьбу украинского народа... В конце декабря возникла уже первая сотня УПА на Полесье под командой сотенного Коробки - Перегийняка, который в 1943 г. погиб как командант той сотни в наступлении на врага.46 " Конечно, Лебедь лжет, когда задним числом называет военные команды ОУН-б УПА, о неподчинении шуцманов, их аресте и т.д.:

"Вместе с тем (т.е. вместе с изданием, уже упоминавшегося приказа провода ОУН-бандеровцев в декабре 1942 г. о реорганизации существующих мелких вооруженных групп в одно формирование – авт.), провод выдал отдельный приказ одному батальону при немецкой армии, набранному из мобилизованных украинцев, перекинутых на Беларусь для борьбы с красной партизанкой (речь идет здесь, несомненно, о шуцманшафт - батальон под руководством майора Е. Побигущого и капитана Р. Шухевича, сформированный из бывших специаль - батальйонов Абвера "Нахтигаль" и "Роланд" - авт.), уйти от немецкого командования и перейти с новым назначением на Полесье... Настоящий приказ не мог быть выполнен только потому, что батальон, пока приказ к нему дошел, отказался уже вторично подчиняться немцам, был формально расформирован и деморализован. Стрельцов-рядовых освободили и отпустили домой, где они должны были стать на учет в местных комендатурах немецкой полиции, а тех офицеров, которые не успели убежать, немцы арестовали. Затем, чтобы не розглашать в местных командах полиции, немцы быстро освободили офицеров, чтобы не создавать паники и таким способом конфедиционно охватить всех стрельцов. Этот момент использован и с этой минутой почти весь состав батальона переходит в подполье, чтобы полученные военные знания использовать для родного дела и передавать его другим для дальнейшей борьбы с врагом. В упомянутых вооруженных отделах Организации, которые создавались в 1941 -1942 гг., скрепленных с весной 1943 г. обученными кадрами украинского батальона, надо именно искать первых начал Украинской повстанческой армии - УПА".47 Вся эта дедективная история, описанная Лебедем от начала до конца лживая. Никто никуда не бежал, не отказывался, никого не арестовывали в Белорусии. Но, в чем прав Лебедь, это в том, что начало УПА положили «скрепляющие» кадры именно 201 батальона Побигущего.

В остальном его изобличает сам командир карателей 201 шуцбатальона, в Белоруссии Е. Побигущий-"Рен", который пишет, что накануне Рождества 1943-го г. «легион развязал» (т.е. расформировал -авт.) командующий карательными войсками СС обергруппенфюрер СС фон-дем Бах-Зелевски, который назвал их лучшими среди других.

В своих воспоминаниях Е.Побигущий пишет: «Дружины Украинских Националистов (201 шуцманшафтбатальон) должны были стать зародышем, началом украинского национального войска, которое должно было бороться за освобождение и укрепление самостоятельности Украины. Так не произошло, но этот Легион дал Украинской Повстанческой Армии и 1 УД УНА хорошо выученных и закаленных в антипартизанской борьбе воинов. Легион дал УПА сотника Романа Шухевича, который был ее главным Командиром. Дал пор. Сидора, который в УПА был командиром северной округи. Пошли к УПА также другие офицеры и подофицеры и воины Легиона, что положили свою жизнь в боях с немцами и большевиками. 1 УД УНА (дивизия СС «Галычина»-авт.) обогатилась такими обученными офицерами, как сотник Михаил Бригидер, пор. Роман Бойцун, пор. Орест Городинский, пор. Емельян Герман, пор. Любомир Ортинский и автор этих строк. Пошли к 1 УД также много подофицеров и воинов Легиона. Два года доброй постоянной военной подготовки и антипартизанской борьбы всех их закалили ко всяким физическим и психическим невзгодам, и все они остались верны своей воинской присяге, которую они давали в Легионе на верность Украине (части подчиненные СС давали присягу Гитлеру - авт.). Все мы поняли, что в политике нет сантиментов. Никто нам ничего не даст даром, аж пока мы себе не выборем того, чего желаем… Наш Легион выделялся отвагой и обязательностью и четким выполнением своих воинских обязанностей и задач. Недаром на последний офицерской отправке с участием офицеров (из девяти куреней охраны среднего тылового отрезка) ген. фон Бах заявил, что украинский батальон лучше всего охраняет свой отрезок. Не сказал он того из вежливости, но от справедливой оценки факта...

Такая борьба с партизанами была необычно хорошей учебой для наших офицеров и воинов. Научились мы очень многого. Жаль, что все записки пропали во время моего заключения. Эта наша военная подготовка, боевой опыт, очень пригодились позднее всем тем нашим воинам, подофицерам и старшинам, которые пошли дальше военным путем в Украинскую Повстанческую Армию или в 1УД УНА48 ».

Служили, были наилучшими в карательных войсках СС фон - дем Баха-Зелевски и "расформировали"! Побигущий упоминает и о том, что обергруппенфюрер СС фон Бах заявил ему лично, что "все легионеры" (так Побигущий и другие авторы называют полицаев-карателей) "поедут малыми группами домой и там должны зарегистрироваться в полиции в Львове"49. Понятно, что непослушных карателей так не отправляют домой самих.

Ни о каком непослушании не вспоминает Е.Побегущий и в письме к своему духовному наставнику Шептицкому:

«Пруда, дня 30 декабря [19]42[г.]

Ваша Ексцеленция!

Прошу принять искренние пожелания веселых праздников и счастливого нового года. К сожалению, не разрешает мне здоровья остаться здесь, и потому внес просьбу на увольнение.

Искренне благодарю за сердечные слова, которыми дарили нас и укрепляли к борьбе против большевиков.
В наших мольбах просим Всевышнего в здоровья и лета многие для нашего дорогого Князя Церкви.
Искренне преданный

Побигущий Евгений»50 .

Как видим, никакого протеста, а банальная ссылка на состояние здоровья, дежурная отговорка во все времена и, конечно, вранье Побигущего.

Надо обратить внимание на упоминание Лебедем приказа Шухевичу уходить в лес. Член центрального провода ОУН Михаил Степаняк на допросе у следователя в августе 1944 года подтверждает в своих показаниях, факт «отдельного приказа одному батальону при немецкой армии, набранному из мобилизованных украинцев, перекинутых на Беларусь для борьбы с красной партизанкой», т.е. Шухевичу, но с существенными деталями. Он добавляет, что в декабре 1942 года, т.е. после конференции, он и Лебедь, а также «Гармаш» направили Шухевичу письмо с предложением перевести весь батальон шуцманшафт № 201 на нелегальное положение. Но Шухевич это письмо никому из товарищей не показал, что вызвало недовольство и подозрения у тогдашних руководителей ОУН-б. Естественно, Степаняк не знал о тесной связи Шухевича и гестапо, а потому и не понял поведения Шухевича.

А поведение Шухевича объясняется просто. Находясь в лесах Белоруссии, он не успел получить на этот счет указания от своих кураторов из Львовского гестапо. Ведь в ноябре, когда он разгуливал во время арестов оуновцев в Львове, об этом на совещании речи не было. Хотя Лебедь и проводник, но кормили Шухевича фашисты. Он, зная решения прошедшей конференции, конечно, был удивлен такими разительными переменами во взглядах Лебедя на военную деятельность ОУН-б. Поэтому, чтобы прояснить ситуацию по этому вопросу, решил выйти на связь со своим руководством.

Гестапо, несмотря на то, что всегда стремилось прикрыть своего агента, на этот раз решило не мудрить и в конце того же 1942 года, якобы просто «задержало» Шухевича в Белоруссии и привезло его в Львов. Там его около 3 дней содержали у себя, затем, без всяких предварительных условий отправили обратно в Белоруссию. И это за несколько недель до расформирования 201 карательного батальона! Понятно, что в гестапо его не допрашивали, а довели до его сведения о том, что принято решение сформировать боевые отряды ОУН, целью которых будет ведение борьбы с партизанами. Заодно ему был доведен разработанный план, который учитывал направленность и специфику самой ОУН-б, тактику бандеровцев в то время, их последние идеологические установки. Немцы были того мнения, что для борьбы с партизанами лучше всего подойдут, прошедшие карательную практику, украинские националисты, а именно поэтому готовили отправить в лес создавать УВА своего проверенного агента Шухевича со своими подручными.

Главным в этом плане было то, что он предусматривал комплектование командных кадров УВА-(будущей УПА) в два этапа, и постепенное выдвижение Шухевича на руководящие роли в УВА и ОУН. На первом этапе в лес уходят проверенные каратели и агенты гестапо из 201 батальона, а затем, после первого опыта их использования, в лес под их управление уходят и остальные полицейские из числа бандеровцев. Таким образом, все получают свое: бандеровцы, наконец-то, получат свои вооруженные отряды, а немцы не одиозные шуцманшафтбатальоны, а лжепартизанские отряды, возглавляемые проверенными идейными агентами-провокаторами, которых будет содержать местное население.

В это время 201 батальон подчинялся обергруппенфюреру СС фон-дем Бах-Зелевски. Чтобы облегчить уход карателей и не вызвать ни у кого подозрения, им, несмотря на образцовую службу, не продлили контракт и они должны были убыть домой из Белоруссии малыми группами.

«Демобилизация» состоялась необычно. Необычность заключалась в том, что вначале отправили офицеров, а затем рядовой состав, хотя каждый военный знает, что делается наоборот: отправляются рядовые, а только затем офицеры сдают свои дела.

«Ликвидировался Легион не очень торопливо. Приехал второго дня к нам командир дивизии и распорядился созвать всех воинов. Это было 22 ноября 1942 года.

Офицеры выехали 5 января 1943 года, а последний воин ДУН (201 батальон - авт.) выехал домой только 14 января 1943 года, когда офицеры ДУН уже были заключены в львовскую тюрьму на Лонцкого.

Пятого января 1943 года мы, все 22 офицера ДУН, сдали свое оружие и, попрощавшись с остальными нашими воинами, которые отправлялись группами домой, выехали с сопровождающим офицером из немецкой команды до Львова. Конечно, мы не нуждались в сопровождающем в дороге и догадывались, что это уже своеобразная форма нашего ареста. Но убегать на партизанской территории никому не улыбалось.

Доехали мы до Бахмача. Там надо было ждать почти 8-10 часов, так как была какая-то задержка на железнодорожном пути на западе»51.

Видно, что было предусмотрено, как создать условия для «дезертирства» вояк, не вызывая подозрений ни у бандеровцев, ни у их противников. Рядовых отправляли малыми группами, а не всей командой, как это обычно делается, и уже после «ареста» офицеров.

Также гестапо создает условия для ухода Шухевича в «подполье». И снова нам поможет Побигущий, который сам того не подозревая, раскрывает детали этой операции гестапо: «Сразу в Львове нас посадили на автомашину, и нас окружила немецкая полиция с примкнутыми штыками. Привезли нас к тюрьме на «Лонского», и упекли в те подвалы, проведя лишь беглую ревизию. У меня не делали никакого обыска, и я смог припрятать карандаш, который потом очень пригодился мне в тюрьме.

После нескольких дней нас будто освободили, чтобы таким образом спровоцировать сотника Романа Шухевича, который ушел с немецких рук в Львове сразу же после нашего приезда и ушел в подполье. Немцы, конечно, хотели его схватить. Когда этот трюк не удался им, нас всех снова арестовали и посадили в тюрьму, в которой мы пробыли вплоть до Пасхи 1943 года52 ».

Таким образом, для того чтобы «спровоцировать» бегство одного Шухевича всех выпускают из - под ареста, и только один Шухевич ушел в «подполье», как будто бы не было возможности сбежать еще по дороге в Львов. О нахождении Шухевича в Львове в январе месяце говорит на допросе жена Шухевича Березинская: «В начале 1943 г. возвратился с легионом в г. Львов.

Последний раз был Шухевич в январе 1943 года, и его посещение было не более 10 минут, во время которого он оставил военные книги и, не говоря ничего, ушел неизвестно куда».

Возникает вопрос. Как после побега Шухевича немцы отправляли оставшихся шуцманов малыми партиями до 14 января? Объяснение может быть одно. Шухевич встречал малые партии шуцманов и переправлял их на Волынь.

Оуновские авторы объясняют «дезертирство» Р. Шухевича и его подельников из немецкой полиции желанием бороться против немецких оккупантов, советских и польских партизанских отрядов на Западной Украине. И это после двух лет безупречной службы в карателях? Но даже в таком случае начинали бы они уже в Галичине, а не на Волыни.

А чтобы Шухевич в последующем имел возможность претендовать на ведущее положение в УВА, ему обеспечили первенство в «дезертирстве».

4SLWibM18Tk

 

После того, как первая партия карателей адаптировалась в лесу и показала свою лояльность гитлеровцам, операцию решили продолжить.

Учитывая, что Боровец понимания с гестапо не находил, к делу подключилось ведомство Розенберга. Теперь уже гебитскомиссар в г. Ровно Баер 2 февраля 1943 г. встречается с Боровцом и обсуждает с ним условия борьбы с партизанами. В ответ Боровец, сам того не подозревая, изложил план, который они уже осуществляли с бандеровцами. В письме к гебитскомиссару в г. Ровно Баеру он озвучивает план совместной борьбы с советскими партизанами:

«15 марта 1943 г.

Достопочтенный Господин Доктор!

По окончанию нашего разговора 2.2.1943 г. я обещал написать Вам, смогу ли заняться борьбой с большевистскою партизанкой. Отвечаю довольно поздно, но это объясняется тем, что дело есть очень сложное и требует всестороннего анализа.

Борьба с московско - большевицкою диверсией - это наша жизненная цель.

Поэтому при таких обстоятельствах на сотрудничество сегодня никто из честных украинцев не пойдет, так как такая акция не будет популярной среди народных масс. Начать нам борьбу с большевиками независимо от немецкой власти также нельзя, с двух причин:

1) разворачивая борьбу в более широком масштабе, вынуждены бы дойти также к вооруженным стычкам с немцами:

2) такая акция, не имея обеспечение со стороны немцев, не даст полного результата, а только увеличит анархию в крае.

Когда взять во внимание военно-политическую ситуацию и расположения настроений народных масс, вызванные немецким политикой в Украине, я вижу только один выход, а именно – сотрудничество, базирующееся пока что на тайном согласии.

Большевицкую партизанку может уничтожить только украинская контрпартизанка, официально независимая ни от кого, а в действительности действующая в тесном согласии с немцами. На такую акцию я могу согласиться, так как только тогда буду иметь за собой народные массы и добровольческий человеческий боевой материал. Все прежние попытки формирования любых украинских частей правительственным путем закончились неудачей главным образом за неимением людей.

Когда проясниться политическая сторона дела, которое когда-то должно принести ту, другую- ли развязку всех вопросов и дать более широкую платформу к сотрудничеству, согласие могло бы опираться на такие принципы:

1)немцы меняют свое отношение к украинцам на доброжелательное, а украинцы приступают к действующей борьбе с большевистской диверсией;

2) украинцы дают к этой акции людей, а немецкая власть тайно поставляет ей военный материал;

3) акция пока что оформляется как независимая украинская партизанка.

План акции прибавляю к этому письму с просьбой поручить его компетентным факторам как абсолютно доверительный акт.

Согласно плану, я должен бы очистить Полесскую котловину в границах Бреста -Минск-Гомель-Житомир от большевистской диверсии и окружить ее своей 40 000 партизанской армией.

Я даю себе отчет из того факта, что мое предложение вызовет предостережение с немецкой стороны, что такая украинская вооруженная сила может когда-то выступить против Германии. И тем самым немцы будут боятся давать украинцам какое - нибудь оружие. Но когда подходить к делу реально, то такие предположения безосновательны.

Я не буду говорить, что украинцы любят немцев. Мы относимся к немцам так, как они к нам. Но политические соображения приказывают нам, как бы ни было, не вредить, а наоборот, помогать Германии, чтобы она уничтожила нашего главного врага – Россию. Это, во-первых, а во-вторых, когда немецкая армия победит кмногомиллионные вооруженные силы своих противников, оснащенные мощными техническими средствами, то тогда, очевидно, Украина также останется в ее руках, и ни одна украинская сила основ немецкой империи не подорвет.

Немцы должны понимать тот факт, что украинская независимая сила на Полесье, даже при ее вражеском настроении против немцев, всегда будет меньшей опасностью для Германии от диверсии воюющей с ней силы. Когда я до сих пор еще не выдал ни одного приказа стрелять по немцам, то это является наилучшим показателем нашей политической линии. Мы терпеливо соблюдаем абсолютной нейтралитет, хотя это дорого нам стоит. Германию мы считаем временным оккупантом, а не врагом Украины.

Германия могла бы стать врагом Украины, если бы не имела других, более сильных противников. А те противники будут вечно.

Вместо борьбы с большевицкой диверсией, немцы бросаются на украинцев. Тем временем большевики организуют за плечами немецкой армии, а главным образом в Полесской котловине, свои базы вплоть до летунських площадей включительно. Из того, что до сих пор сделано, можно припускать, что немецкие факторы, имея во внимании главным образом самый фронт, не придают той диверсии большого веса. Это неправильный взгляд. Когда взять под внимание, что и диверсия имеет целью контроль снабжения фронта, то ее значение есть очень большое. А когда взять под внимание, что Харьков и Курск уже в руках большевиков, то ясно, что диверсия в скором времени может иметь непосредственное влияние и на самый фронт.

С уважением (Тарас Бульба-Боровець)»53

Как видим все последующие события, поведение бандеровцев и гитлеровцев проходили полностью по сценарию, который предлагал Боровец.

Но «честный» «аналитик» Боровец затянул с ответом и опоздал со своими предложениями. К этому времени Гиммлер, не дождавшись от него ответа, уже работал через своих проверенных и дисциплинированных агентов гестапо Лебедя, Шухевича и др.

Лебедь в январе 1943 г., чтобы выясняить настроения и возможности бандеровцев на Волыни, созывает очередное собрание руководства ОУН. На нем принимают решение, чтобы для координации и согласования действий, на Волынь направить специального уполномоченного Провода ОУН-Б – одного из авторов военной программы и координатора военных мероприятий ОУН-Б Василия Ивахива (Сонар), будущего Начальника штаба УПА (погиб 13.05.1943 г. при странных обстоятельствах, попав немецкую в засаду - авт.)

В. Ивахив, в начале февраля 1943 г. провел в с. Пиддубцы недалеко от Луцка совещание районных военных референтов бандеровской ОУН Волыни и Полесье. Целью совещания было определение количества пригодных к мобилизации украинцев (такие списки составлялись оуновцами в течение 1942 г.-авт.), выяснялось количество офицерских кадров, оружия в каждом районе, определялась задача для каждого районного военного референта на случай общего выступления и доложили наверх.

Не дожидаясь прояснения стратегии ОУН, 7 февраля напала на польский полицейский гарнизон, а затем 9 февраля 1943 года сотня УПА под командой Григория Перигийняка напала на польскую деревню Паросля на Волыни. Было убито от 149 до 173 мирных поляков. Это нападение было первым массовым убийством поляков украинцами. С него началась Волынская резня.

07d76c7088c7fddf28dd92c9f7c8c296

 

ae147a77cfe51ac93ca81de73f2d079a

 

После этого совещания военных референтов, было принято решение начать формирование военных команд. И 15 февраля 1943 года Ивахив провел совет Волынской ОУН -Б, который согласился с увеличением численности националистических вооруженных формирований. И одновременно он приказал не афишировать деятельность этих формирований, объяснив, что время вооруженного выступления еще не настало.54 Т.е. никакого приказа руководства ОУН-Б о начале борьбы против оккупантов в феврале 1943 г. еще не было. В феврале 1943 г. провод ОУН-Б еще не вел военных действий с оккупантами, и местные боевые команды не афишировали своей деятельности.

Как всегда, указания хозяев, агенты гестапо в ОУН-Б должны были оформить в решениях Конференций и сборов.

О том, кто принимал решение о формировании отрядов УВА, лидеры ОУН-Б проявляют непонятную скромность. В разговоре с американским исследователем Армстронгом М. Лебедь подчеркнул: “после 1941 г. я не бывал на Волыни и передал всю партизанскую деятельность там Р. Шухевичу в марте 1943 г. ”17.

Во-первых, подобное заявление означает, что М. Лебедь дальше Галиции не выезжал, а поэтому, он не имел влияния ни на формирование отрядов УВА, ни на их деятельность.

Во-вторых, незвестно, чем занимался Шухевич с января по февраль 1943 г.

В третьих, Лебедь утверждает, что он не принял на себя руководство партизанской деятельностью на Волыни в марте 1943 г., поскольку уже в феврале состоялась ІІІ конференция ОУН, после которой фактически и начался демонтаж старых программных основ, а вместе с ним и старого руководства.

На то, что Лебедь всегда был против вооружения ОУН-б, указывает на допросе Луцкий:

«Мне известно, что Лебедь Николай, как руководитель Главного "Провода" ОУН, был против политики, которую проводил "Клим Савур" на Волыни, и считал, что созданные "Климом Савуром" отряды УПА и их действия являются провокационными, так как немцы в ответ на незначительные действия отрядов УПА уничтожали целые селения.
Лебедь Николай был против вооружения ОУН и считал, что не наступила еще благоприятная ситуация для того, чтобы вооружать ОУН и украинское население для борьбы против немцев, а затем и против Красной Армии.

Лебедь был сторонником глубокой, нелегальной, законспирированной работы ОУН. Этим самым он хотел сохранить все кадры ОУН для дальнейшей более активной борьбы против Красной Армии».

И, в-четвертых, судя по всему, гестапо посчитало, что сил бандеровцев на первых порах будет достаточно и дали им согласие на создание отрядов. Это решение гестапо озвучил агент гестапо Р.Шухевич. Потому что, буквально через два дня после Волынской конференции, созывается ІІІ конференция ОУН-Б. Г. Мирчук указывает, что якобы именно по инициативе Шухевича, 17-21 февраля 1943 г. была созвана ІІІ конференция ОУН-Б.

Можно сделать вывод, что, получив разрешение и инструкции, агенты гестапо и Абвера в ОУН-б проводят 3-ю конференцию ОУН (б) 17 февраля 1943 г.

На протяжении 17-21 февраля 1943 г. недалеко от с. Олеська, Бугского района Львовской области, состоялась Третья конференция ОУН-Б. На ней план гестапо был уже оформлен в решении конференции. В конференции приняли участие “урядуючий проводник” бандеровской ОУН Николай Лебедь, член Центрального Провода ОУН-Б Роман Шухевич, Василий Ефремович, Дмитрий Маивский, Зиновий Матла, Роман Кравчук, Михаил Степаняк и другие руководители националистического подполья.

«На III конференции высказывались разные мнения по поводу стратегии борьбы. Краевой проводник ОУН на западноукраинских землях М. Степаняк предлагал развернуть против немцев широкое вооруженное восстание, выгнать оккупационную администрацию, создать национальное правительство и добиться его признания западными союзниками СССР. Краевой проводник ОУН на ЮЗУЗ Д. Клячкивский (Клим Савур - до ноября 1943 г. главный командир УПА) и член провода ОУН Р. Шухевич считали, что вооруженная борьба должна направляться не против немцев, которые уже терпят поражение на фронтах мировой войны, а против красных партизан и поляков. По их мнению, борьба против немцев должна была носить характер самообороны народа»55.

Т.е. прошло уже два года оккупации, а наши любители Украины еще не знали против кого воевать. Т.е. стрелять надо, а вот в кого еще не знают. А Шухевич твердо стоял на позиции борьбы с партизанами. Не странная ли логика у наших «полезных идиотов»?

Вопреки острым дискуссиям, которые шли во время совещаний, было принято решение о создании только оуновских "ячеек организованной силы" под названием УВА (Украинская вызвольная (освободительная) армия).

Тот же Луцкий говорит следующее: «Шухевич в начале 1943 года стал военным референтом Главного Провода ОУН.

Однако его точка зрения верх не взяла. Шухевич поддержал "Клима Савура", и в этом он сумел убедить и Главный "Провод" ОУН.

В связи с этим и было принято решение о смещении Лебедя.

Лебедь после отстранения от руководства Главным Проводом ОУН некоторое время активной работы не вел, а затем стал руководителем дипломатической референтуры Главного Провода ОУН».

По поводу будущей УПА, в решении конференции записано: «Для планового развития борьбы и самообороны необходимо создать группы организованной силы... под названием Украинская вызвольная (освободительная) армия». Но эта самооборона, как гласят их программные документы, трактовалась ими как геноцид против поляков и этнических меньшинств, и борьба с партизанами.

Но даже такое обтекаемое решение не удовлетворило многих руководителей ОУН-Б, краевой проводник Дмитрий Клячкивский («Охрим», «Клим Савур») и член Центрального провода Роман Шухевич, считавших, что боевые действия нужно разворачивать уже «здесь и сейчас», причем, по их мнению, основным противником вооруженных формирований ОУН-Б должны были стать советские партизаны и поляки.56 Как видим, борьба с партизанами была поставлена Шухевичем на первое место, как того и требовали фашисты.

Решения по военному вопросу были уничтожены, но свидетельства участников конференции (как и все следующие события) указывают на то, что ОУН-Б окончательно определилась с необходимостью вооружения своих членов. Но, как пишут члены государственной комиссии по изучению деятельности ОУН-УПА, украинские националисты еще не определились окончательно, против кого в первую очередь направить оружие.57

Основным решением конференции был курс на расширение деятельности отрядов УВА, которая тогда формировалась. Таким образом, речь шла о придании юридического статуса УВА, как вооруженной силы ОУН. В связи с принятием нового курса, приняли решение созвать внеочередной сбор (конгресс) ОУН, на котором планировали решить вопрос о смене руководства ОУН-Б и УВА.

После проведения февральской Конференции Р. Шухевич снова выходит на связь с Бизанцем и гестапо. В это время Шухевич, якобы был «дезертиром» и его разыскивало гестапо. На этот раз поводом для появления Шухевича в Львове, у Бизанца, стала, якобы, необходимость освобождение его жены Наталии, незадолго до этой встречи, взятой под стражу гестаповцами. Конечно, это была только инсценировка.

Как показала на допросе жена Шухевича Березинская, гестапо ее задержало 20 февраля 1943 г. Т. е. в момент проведения конференции. Это был сигнал для Шухевича выходить на связь. Фрагмент из протокола допроса чекистами жены Шухевича Натальи Березинской от 20-24 июля 1945 г., где она как раз и рассказывает о своём аресте и последующем освобождении.

Допрос жены Шухевича Березинской.

«Вопрос: Вы когда-либо арестовывались?
Ответ: Да, арестовывалась.
Вопрос: Когда?
Ответ: 20 февраля 1943 года в гор. Львове.
Вопрос: Кем?
Ответ: Гестапо.
Вопрос: За что?
Ответ: За мужа — Шухевича Романа.
Вопрос: Расскажите подробно по этому вопросу?
Ответ: На этом допросе я уже показала, что в январе 1943 года, согласно приказу немецкого командования Шухевич Роман должен был явиться в его распоряжение. Он отказался выполнить этот приказ и ушел на нелегальное положение.
Вскоре, (наверное, в феврале - судя по смыслу повествования - авт.) ко мне на квартиру по ул. Михальского пришли три человека: немецкий офицер гестапо и два в гражданском платье. Они произвели обыск, изъяли военные книги и фотографии Романа Шухевича.
После обыска один из гражданских остался в квартире до следующего дня и когда снова пришли два первых из гестапо, то арестовали меня и доставили в тюрьму на ул. Лонского.
Вопрос: Вас допрашивали в гестапо?
Ответ: Да, в помещении гестапо на ул. Пельчинского меня один раз допрашивал офицер гестапо.
Вопрос: Изложите содержание допроса?
Ответ: Офицер гестапо добивался, чтобы я сказала, где мой муж — Шухевич Роман, появляется ли он у меня на квартире и известно ли мне, где он скрывается.
На все эти вопросы я отвечала правдиво, указав, что последний раз был Шухевич в январе 1943 года, что его посещение было не более 10 минут, во время которого он оставил военные книги и, не говоря ничего, ушел неизвестно куда. С тех пор я его не видела до дня ареста.
После допроса я еще в течение двух месяцев содержалась в гестапо, а затем была освобождена.
Вопрос: Как же Вам удалось освободиться из тюрьмы?
Ответ: Офицер гестапо мне сказал, что они арестовали меня, как заложницу, пока к ним не придет Шухевич Роман. Поскольку последний в течение двух месяцев не появлялся, то меня освободили. (абсурд-требование не выполнено, а ее выпустили - авт.)

Вопрос: Вы получали задания от офицера гестапо?

Ответ: Да.

Вопрос: Какие?

Ответ: Накануне освобождения меня из тюрьмы, офицер сказал мне, как только придет на квартиру Шухевич Роман, то я должна немедленно вместе с ним явиться к офицеру гестапо, т. к. он хотел с ним о чем-то говорить.

Я дала согласие выполнить задание офицера гестапо и ушла домой.

Вопрос: Это обязательно было оформлено в письменной форме?

Ответ: Нет, в устной форме».

Как видно арест был формальностью. Шухевич уже давно вышел с ними на связь, и теперь гестапо только продолжило инсценировку: «В течение двух месяцев не появлялся, то меня освободили»?

В феврале 1943 года Шухевич в форме офицера полиции появляется во львовском кабинете Бизанца. Тот незамедлительно обращается к губернатору дистрикта, эсэсовскому генералу Отто Вехтеру с просьбой освободить жену «дезертира-подпольщика» Шухевича.

Из протокола допроса от 23 ноября 1949 года осужденного Бизанца Альфреда Иогановича: «Что касается Шухевича, то он в феврале 1943 года появился у меня, в моем кабинете в Отделе "По делам населения и обеспечения" и, опасаясь быть арестованным немцами, разговаривал со мной не более 3—5 минут и просил меня ходатайствовать об освобождении из гестапо его жены, которая была арестована в том же месяце. Я пообещал Шухевичу походатайствовать об освобождении его жены, после чего Шухевич быстро ушел от меня. При содействии губернатора Галиции генерал-лейтенант СС Вехтера, — моего личного друга, жена Шухевича была вскоре освобождена из гестапо».

Как видим, причиной освобождения жены «дезертира» Шухевича был его визит к Бизанцу и решение гестаповца Вехтера.

Этот факт ареста и контакта Шухевича с Бизанцем, признают и современные лидеры ОУН. В бандеровской газете «Шлях перемоги» (см. №10 (2497) от 6.03.2002 г.), которая издается в г. Киеве, на титульной странице был опубликован пространный некролог по случаю смерти жены «командира армии обреченных» - Наталии Шухевич-Березинской. Авторы некролога, подписавшиеся коллективным именем «провид ОУН», возможно сами того не желая, подчеркивают важную в контексте рассматриваемой темы деталь: Шухевич поддерживал тесные контакты с Абвером и гестапо, когда он якобы «дезертировал» и его разыскивали.

В это же время Боровец -15.03.1943 г. - направил свой план сотрудничества Баеру. Но, после того как Лебедь после тщательной обработки бандеровцев, и проведения февральской конференции, которая приняла решение создать УВА и с кем-то воевать, гестапо приняло окончательное решение сделать ставку на бандеровцев. А после посещения в феврале Шухевичем Львова, у гестапо была полная информация о готовности «полезных идиотов» приступить к «повстанческой» миссии.

В марте 1943 года Шухевич снова выходит на связь с гестапо и встречается с Бизанцем. Снова он в мундире офицера полиции. Теперь, он, якобы «рискуя» быть пойманным, благодарит Бизанца за оказанное содействие в освобождении жены. Не успел отблагодарить в феврале, и стоило так «рисковать» жизнью!

«Протокол допроса

осужденного Бизанца Альфреда Иогановича

от 23 ноября 1949 года

В марте 1943 года Шухевич снова был у меня в отделе, одетый, как и во время февральской встречи со мной, в форму капитана украинского полицейского батальона. Разговор с ним длился несколько минут. Шухевич поблагодарил меня за освобождение из гестапо жены и сказал, что намеревается ехать в Пражский украинский университет, где надеется получить ученую степень доктора юстиции. С этого времени я Шухевича более не встречал и связи с ним никакой не имел. Как мне стало известно впоследствии, Шухевич ушел в подполье и стал организатором так называемой "Украинской повстанческой армии" — "УПА".

Допросил:
Ст. оперуп. Отдела 2-Н 2 Гл. УПР. МГБ СССР

Гв. Капитан Кузнецов».58

На самом деле Шухевич докладывал о проделанной работе, и получал новые инструкции. А, стрелянный воробей, разведчик Бизанц на допросе после войны выгораживает себя, и, также как его коллега Лахузен, не говорит всей правды.

Версия Бизанца шитыми белыми нитками. Мог ли сам Бизанц, рискуя жизнью, покрывать дезертира, которого разыскивало гестапо, а генерал-лейтенант СС Вехтер, нарушая приказ Мюллера, освободить жену Шухевича?

Почему «дезертир» Шухевич не боялся быть арестованным гестапо? Он прошел по городу в форме расформированного украинского батальона мимо патрулей? Кто выписал ему пропуск на прохождение к Бизанцу? Мог ли Бизанц поверить, что Шухевич решил получить ученную степень после курсов в Белоруссии? Как следует из хронологии посещения Львова Шухевичем, он накануне февраля получал указания по проведению 2-й конференции ОУН, по ее окончанию доложил о результатах, а в марте уже отчитался и получал новые инструкции о том, какую линию вести, будучи военным референтом ОУН-б. Эпизод с женой это только повод и элемент прикрытия своего агента.

Во время конспиративной встречи Шухевича и гестапо происходило обсуждение тактики бандеровцев по отношению к немцам, чтобы, не вызывая подозрений рядовых бандеровцев и населения, отвлечь бандеровцев от борьбы с фашистами усилением массового уничтожения поляков и не нанести вреда окупантам. Шухевич договаривался о массовом переходе полицейских в леса для борьбы с партизанами. Каждая сторона получала что хотела. Оуновцы - вооруженные отряды, гестапо послушные бандеровские военные команды провокаторов и «полезных идиотов» для борьбы с партизанами.

О том, что УВА создается под руководством гитлеровцев, прямо пишет и соперник Бандеры Мельник в письме к Гитлеру. Мельник находился в Берлине и, конечно, до него доходила информация о работе гестапо в этом направлении. Да и митрополит А.Шептицкий поддерживал тесные контакты как с бандеровцами, так и с мельниковцами. Мельник обратился за разъяснением к самому Гитлеру с телеграммой о создававшейся УВА - (УПА) и статуса Украины в составе Германии.

«8 марта 1943 г.

Берлин, Шенеберг

Принято

День, месяц, год. Время

8/3 43 11_00

от L SD

Телеграф немецкого рейха

Телеграмма с Берлиншенеберга 5 115/114 W 8/3 0940=LT=райхсканцлеру и фюреру немецкого рейха Адольфу Гитлеру

Штаб-квартира фюрера

В момент, когда согласно Вашим распоряжениям организовывается Украинская освободительная армия, и советы во главе с Сикорским ведут дискуссию о владении украинскими областями, украинский народ ожидает разъяснения военных целей Германии относительно Украины.

(…)

Андрей Мельник

Вождь украинских националистов»59.

Само собой, дальше кабинетов гестапо эта телеграмма «вождя украинских националистов» не пошла. Скорей всего, деятельность гестапо по формированию УВА и заставила Мельника активно просить гитлеровцев создать дивизию «Галичина», как же ему остаться без «войска»?

Мельник пишет «УВА», потому что только с мая 1943 года боевые группы ОУН-б начали употреблять официальное названия Украинская повстанческая армия (УПА) отобрав его у «честного» неудачника -зондерфюрера Боровца. Но в решениях февральской 3-й конференции 1943 года записано «создавать УВА». А в листовке за март 1943 г. они призывают вступать в «боевые группы Организации Украинских Националистов», признавая, что никакой армии –УПА, еще не было.

Первые стихийные столкновения отдельных бандеровских отрядов, вопреки указаниям руководителей, возможно и происходили. Недовольные пассивной политикой своих руководителей часть националистов организовала “Фронт украинских революционеров”, которые грабили немецкие склады. Остальные, как ни странно, каких либо следов в подробных донесениях гестапо не оставили. К тому же, бандеровцы воевали в основном с украинской полицией.

Как пишут историки оуновцев, ОУН-М первый бой с немцами провела в конце января 1943 г. Это было нападение на тюрьму в г. Дубно. А ОУН-Б свой первый бой с украинскими шуцманами провела 7 февраля 1943 г. Это было нападение сотни Коробки-Перегийняка на городок Володимирец. Была разбита комендатура украинской полиции, убито 7 полицаев, добыто 20 винтовок и трофеи.

Но отсутствие информации о военных столкновениях могло означать и то, что с момента ухода Шухевича в лес, гестапо старалось не упоминать в своих отчетах о вылазках бандеровцев, чтобы не подвергаться критике своих недоброжелателей, или потому что их попросту не было.

Поэтому в марте 1943 г. гестапо в своих донесениях упоминает только о листовках, которые распространяют оуновцы и не упоминают ни о какой их вооруженной борьбе с немцами.

Как следует из сообщения полиции безопасности и Службы безопасности (СД) Германии о движении ОУН (С. Бандеры) и распространении листовок ОУН (А.Мельника) весной 1943 г., дальше пропаганды шептунов дело не шло:

«Шеф полиции безопасности и СД Берлин, 19 марта 1943 г.

Тем временем движение Бандеры перестроили деятельность групп, которые состояли не из пяти, а с трех человек, чтобы этим свести потери к минимуму.

Они используют безопасную нашептанную пропаганду и распространяют ее, прежде всего в сельских местностях.

В последнее время в районе Кременец, командный округ Ровно, появились бандитские группы, которые осуществили вооруженные нападения на государственное имущество. Их можно отнести к деятельности одного подраздела ОУН-бандеры, так называемого “Фронта украинских революционеров”. Большое количество лиц уже задержаны.

В Умани, командный округ Киев, были выявлены новые листовки группы ОУН-Мельника, в которых, между прочим, говорится, что немецкая оккупация в Украине может быть лишь временной. В другой листовке полковник Мельник возвеличивается как законный преемник убитого проводника Коновальца. Группа ОУН-Мельника старается изо всех сил завоевать доминирующее положение над группой ОУН-Бандеры и присоединить ее к себе. Это должно было бы у нее получиться в Каменец - Подольской и Винницкой областях»60.

Начало в статье Про УПА. Часть 1

Автор Б.Руян

 

Социальные комментарии Cackle